Когда война – мать родна…

0
155

Колумнист «Комсомольской правда» Сергей Мардан написал на неделе яркую колонку о флешмобе творческой интеллигенции в поддержку актера Павла Устинова, осужденного за вывихнутое плечо задержавшего его бойца Росгвардии. И это тот редкий случай, когда на текст «Комсомолки» стоит обратить внимание. Подобное явление мы ведь неоднократно наблюдали и в дагестанской журналистской среде. Когда все «рукопожатные» бегут причаститься к очередной либеральной «иконе», а ты стоишь и думаешь: «неужели мы все успели настолько согрешить?»

Тамерлан Магомедов

Не стоит и сомневаться, что свои видеообращения в поддержку Устинова выложат все мало-мальски значимые фигуры российского бомонда. И дело не в том, что я против гражданина Устинова или поддерживаю задержавших его силовиков. Дело в том, что подобная искусственно накрученная массовая истерия тоже имеет негативные последствия. Хотя война с собственным населением прекрасно кормит очень многих ребят в погонах.

ПОЛЕЗНЫЕ ДИССИДЕНТЫ

Российское общество, словно в семидесятые годы прошлого века, откровенно пытаются разделить на условных «комсомольцев» и «диссидентов». Напомню, что едва обосновавшись в кабинете председателя КГБ, Юрий Андропов 3 июля 1967 года направил в ЦК свое первое чекистское послание, в котором заявил о попытках Запада добиться идейного разложения советского общества, «особенно из числа интеллигенции и молодежи». Бороться с «идеологической диверсией среди советских людей» Андропов предложил путем создания Пятого управления КГБ. К чему это привело – мы все видели. Расплодившиеся с легкой руки Андропова соглядатаи начали пачками штамповать докладные о вновь выявленных «диссидентах», записывая туда для отчетности кого только бог пошлет! И чем больше «пятерка» боролась с диссидентами, тем их больше становилось в стране. Равно как и террористов в девяностые годы, когда страна с ними отчаянно боролась. Характерно, что и диссидентами в Москве, и террористами на Кавказе сегодня занимается Служба по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом ФСБ.

Именно эта служба занималась и нашумевшим делом режиссера Кирилла Серебренникова. Поэтому весьма интересно наблюдать, как после той атаки службистов на интеллигенцию сами интеллигенты сегодня становятся их главной ударной силой. К примеру, в ходе зачистки в самой спецслужбе, где дело журналиста Ивана Голунова привело практически к разгрому руководства московского управления ФСБ. В свою очередь, дело Павла Устинова (как уже широко обсуждается в Телеграме), вероятно, послужит основанием для демонтажа возглавляющей Мосгорсуд 1999 года Ольги Егоровой. Одновременно с Егоровой весной 2020 года должны переизбрать и председателя Верховного суда России Вячеслава Лебедева, возглавляющего судебную систему России уже 30 лет. Помешать этим назначениям может только неслыханный общественный резонанс. По всей вероятности, для этого всей российской творческой интеллигенции и придется выступить в защиту Павла Устинова. Увы, но интеллигенция, видимо, только для того и нужна сегодня государству, что для подобной «массовки».

ПОЛИТИЧЕСКИЕ ВЫЗОВЫ ЭКОНОМИКИ

На этой неделе стало известно, что Дагестан вдруг выбился в лидеры среди регионов России по темпу роста объемов кредитования граждан. Такие данные приводятся в ежемесячном отчете Центробанка о финансово-кредитной политике в России. Как оказалось, население республики взяло на 28% больше банковских кредитов, чем в прошлом году. При этом Центробанк отмечает, что темпы прироста могли быть еще выше, а дальнейшее наращивание получения кредитов населением сдерживает и без того высокая кредитная нагрузка, которая сегодня уже выше, чем даже на пике кризиса в 2013-2014 годах. По данным регулятора на 1 мая банки привлекли от граждан в Дагестане на депозиты 213 млрд рублей, а кредитов выдали на сумму 214 млрд рублей, из которых просроченная задолженность составляла более 50 млрд рублей. По итогам 2018 года Центробанк также отмечал в Дагестане существенный спад торговли, обусловленный более значительным, чем по стране в целом, падением доходов населения. Таким образом, по большей части за счет кредитов жители Дагестана покрывают потребности на фоне снижения доходов.

Эта интереснейшая выкладка говорит о существенном снижении реальных доходов населения республики. Однако это ведь не только отчёт, но и прогноз: свыкаясь с мыслью о собственной беспросветной закредитованности, низшие слои населения будут ускоренно маргинализироваться, сознательно переходя от вынужденных финансовых нарушений к сознательному бытовому криминалу. Подобный усугубляющийся рецидив – достаточно частое явление. Буквально на днях дагестанские полицейские задержали мужчину, который обманул более двадцати земляков. Мужчина наделал долгов и пытался отсрочить расплату мошенническим путем. Он раз за разом брал в рассрочку подержанные автомашины, сбывал их, а на полученные деньги выплачивал платежи предыдущим должникам. Эта история со счастливым концом, ведь точку в ней поставила полиция. А ведь могла и случиться кровавая трагедия.

И здесь следует понимать, что расширение подобной маргинальной прослойки населения влечет не только рост криминогенности в регионе. Именно такие люди обычно и становятся ударной силой для реального социального протеста, который с помощью относительно небольших финансовых вливаний раскачивают из-за рубежа. Люди, которым нечего терять, готовы выходить на баррикады, крушить магазины и правительственные здания за совсем скромные суммы денег или даже просто обуреваемые стадным эффектом и надеждой поживиться за счёт мародерства. При этом социальное расслоение в Дагестане приобретает и национальный окрас. Вводимые федеральным центром в Дагестан воинские подразделения становятся сегодня в республике новым средним классом. Высокооплачиваемые военные, преимущественно набираемыми из числа лиц славян, будут демонстрировать катастрофически беднеющему местному населению свой недостижимо высокий уровень жизни и получаемые от государства льготы: бесплатные квартиры, очередность в садиках и т.д. Что станет ещё одним из стимулов роста протестной активности бедноты в Дагестане.

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ТРИО

Бороться с бедностью должны профильные ведомства. А, кстати, глава Дагестана Владимир Васильев во вторник освободил Османа Хасбулатова по собственному желанию от должности министра экономики и территориального развития республики. А мы уже почти и забыли о нём. Желание Хасбулатова уйти вполне понятно. Его для того, видимо, и задержали, чтобы освободил должность. Об этом говорят и обстоятельства расследования. Задержанный весной Хасбулатов сейчас находится под домашним арестом. Силовики обвиняют его в хищении около 20 млн рублей на госконтрактах по закупе оборудования для оснащения офисов МФЦ республики. Ему вменяется совершение преступления по ч. 4 ст. 159 УК РФ («Мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере»). Казалось бы, Абдусамад Гамидов с Раюдином Юсуфовым, согласно версии следствия, украли на двоих такие же суммы, но они по-прежнему сидят. Мало того, силовики задержали даже их адвоката Дагира Хасавова, обвинив его в давлении на свидетелей, а к делу подключился влиятельный генерал из Генпрокуратуры, известный своим опытом доведения до суда даже самых рассыпающихся уголовных дел.

Однако самым интересным в новости об увольнении Османа Хасбулатова является вопрос о том, утвердят ли на посту министра экономики уроженца Новолакского района Гаджи Султанова, который полгода исполняет обязанности министра? Отслеживая работу республиканского правительства, можно заметить, что экономическим блоком сейчас управляет «гаджиевский» триумвират. Это профильный вице-премьер лакец Гаджимагомед Гусейнов, врио министра экономики лакец Гаджи Султанов и врио руководителя агентства по инвестициям (предположительно, тоже лакец) Гаджи Гасанов. Что характерно, Гаджимагомед Гусейнов прошел кремлёвскую «Школу губернаторов». В свою очередь, Султанов и Гасанов являются лишь победителями фейкового по своей сути республиканского конкурса по отбору в кадровый резерв, после шумного провала которого Кремлю пришлось экстренно организовать кадровый конкурс «Мой Дагестан».

И здесь ведь очень интересная коллизия. Несмотря на победные реляции в республиканских госСМИ, Глава Дагестана и его администрация к конкурсу «Мой Дагестан» имеют лишь косвенное отношение. За его проведение отвечал Кремль, и именно в Кремле строго следят, чтобы выпускники этого конкурса были трудоустроены. Именно поэтому руководство республики делает столь сильный акцент на их трудоустройстве, отчитываясь по этому показателю не столько перед населением республики, сколько перед Кремлем.

Но что же мы видим? Вместо победителей кремлёвского «Моего Дагестана» на посты ведущих ведомств экономического блока назначаются победители местного фейкового конкурса, большинство из которых (всего было 61) так и осталось не удел, отчаявшись получить приличную работу. Какие плоды принесут такие кадровые решения – пока неизвестно.

ОДНА НАДЕЖДА НА НЕФТЬ

После атаки дронов на НПЗ в Саудовской Аравии стоимость нефтяных фьючерсов резко подскочила вместе с курсом рубля. Ответственность за нападение взяли на себя йеменские хуситы. В США заявили, что за атаками стоит Иран. Я же отмечу, что факелы пылающих саудийских НПЗ вновь ярко высветили очертания российской государственности, всё явственнее проступающие сквозь пелену прежнего хаоса и безвременья. Однако что же нас ждёт дальше? История показала, что Оруэлл не совсем верно прогнозировал перспективы развития политэкономии, полагая, что война необходима лишь для укрепления власти правящих классов путем уничтожения на полях сражений производимого рабочим классом прибавочного продукта и, как результат, его дальнейшего угнетения.

Однако, как видно из примера Саудии, и в условиях постиндустриального капитализма власть нуждается в доктрине, которая позволит эффективно угнетать население, желающее дальнейшего увеличения своей доли в прибавочном продукте. Локальные конфликты не решают проблему перенаселения планеты. Необходим глобальный конфликт с колоссальными людскими потерями. Лишь постакалиптический сценарий способен обнулить производственный цикл, вернув потребность власти в людях как в рабочем классе. Возможен ли в будущем подобный глобальный конфликт без наличия на мировой карте мощной, отлично вооруженной России? Вряд ли. А значит, ее позиции на Ближнем Востоке будут усиливаться, нефть вновь начнет дорожать, а мысль о неизбежности Третьей мировой войны зазвучит главным рефреном в голливудских блокбастерах.

Нам же остается лишь ждать размещения оборонной промышленностью новых заказов на наших предприятиях. Таких, к примеру, как заказ на поставку стеклотканей, необходимых для производства ракет «Булава». Наладить это производство обещают в Каспийске, где в 2017 году с помпой заявили об открытии пресловутой Территории ускоренного социально-экономического развития (ТОСЭР), скандально прославившейся в ходе недавнего визита в республику Министра по делам Северного Кавказа Сергея Чеботарева. По сообщению одного из Телеграм-каналов, вместо заявленных инвестпроектов, изумлённому взору министра в Каспийске предстал лишь работающий в полную силу кирпичный завод без каких-либо разрешительных документов. Эта трагикомичная ситуация вновь ставит вопрос об эффективности вышеупомянутого «гаджиевского трио», которому сегодня поручен экономический блок в дагестанском правительстве.

ПОДЕЛИТЬСЯ