Дагестанские власти вновь хотят молока без коровы?

0
1538

Некоторые эпохальные события порой совсем незаметны для обывателя. К таким можно отнести встречу, которую на днях провел в стенах экономического факультета ДГУ профильный республиканский министр Осман Хасбулатов. Темой обсуждения стали вопросы деятельности Правительства республики на ближайшие пять лет. За круглым столом собрали профессоров и доцентов экономического факультета, представителей республиканских министерств, общественных деятелей и студентов. Собравшиеся должны были высказать свое мнение о путях развития республики. Это в принципе и все, что выдала по итогам мероприятия пресс-служба ведомства на своем сайте. А потому это великое событие так и кануло бы в лету историю, если не внимание блогеров.

Тамерлан Магомедов

Известный в дагестанском сегменте Фейсбука телекомментатор Рамазан Рабаданов отозвался на встречу в ДГУ лаконичной фразой: «Дагестан умер!». В отличие от ведомственной пресс-службы, раскрыть смысл написанного он не постеснялся. По его словам, “прошедший совет закончился без советов”, потому что никто не смог предложить занятие для дагестанцев, которое действительно имеет перспективу. Придя к традиционному выводу о том, что Дагестан остался у разбитого корыта и не знает, что делать дальше, Рабаданов написал о необходимости построения общества, в котором будут довлеть совершенно иные базовые принципы.

«Ситуация крайне тяжелая. Хозяйство и транспорт в разрухе. Промышленность развалена. Не создано ни одного крупного предприятия, нет масштабных проектов. Даже электроэнергии катастрофически не хватает. Огромные капиталы бывшей верхушкой выведены из республики. Горцы живут натуральным хозяйством, но ничего не производят на продажу. Республика без будущего», – подытожил блогер.

На том, что предложенный руководством Минэкономики формат общения не предполагает никаких серьезных выводов или предложений, наверное, акцентировать внимание не стоит. Воспоминания о проведенных этих ведомством «стратегических сессиях» итак достаточно болезненны для всех, кто все еще искренне переживает о судьбе нашей республики. Однако кризис в экономике является не только дагестанской проблемой, а поиском путей выхода из этого кризиса постоянно заняты и в Москве. В том числе с привлечением высококвалифицированных иностранных специалистов с мировым именем.

Приглашенный еще в 2016 году на Петербургский международный экономический форум профессор Массачусетского технологического института Лорен Грэм в своем выступлении был более аргументирован, чем наш дагестанский Рабаданов. В ходе прошедшей на форуме под руководством председателя Сбербанка Германа Грефа пленарной сессии «Технологии — пропуск в завтра», Грэм заявил, что русским нужно молоко без коровы. Свои слова он подробно расшифровал, однако кроме «Новой газеты» ни одно солидное издание страны не поспешило их процитировать. Будучи по профилю историком российской науки и прекрасно разбираясь в ней с эпохи Петра Первого, Грэм хорошо знаком и с бизнес-средой в России. Поэтому к его словам можно и нужно прислушиваться. Отвечая на вопрос о том, сможет ли Россия конкурировать в современном мире, Грэм озвучил очень жесткие выводы, суть которых оказалась далека не только от вопросов самих технологий, но даже экономики в целом.

Парадоксом российской науки он назвал то, что гениальные идеи и прорывные открытия, российских ученых в большинстве случаев внедряются в промышленное производство не в России, а на Западе. При этом доходы новые технологии приносят не российским изобретателям, а западным инноваторам, которые их копируют или скупают за бесценок. Соответственно, в проигрыше оказывается и российская промышленность, неспособная ничего противопоставить внедренным на западе российским разработкам. Однако дело не в том, что у нас в России все ученые напрочь лишены предпринимательской жилки. Чтобы внедрить технологию в производство необходимы должные условия не только в экономике, но и в обществе, создание которых невозможно без соответствующих политических решений. По словам профессора, даже самая гениальная научная идея без социально-экономического фундамента, обеспечивающего ее претворение в жизнь, остается «одинокой». Выступление Грэма поистине достойно того, чтобы его вновь процитировать. А может и вовсе отлить в металле…

«Противоречие и странность состоят в том, что у русских получается изумительно изобретать и очень плохо — заниматься инновациями… Русским ученым принадлежат две Нобелевские премии для разработки в области лазерных технологий. Но сейчас нет ни одной российской компании, которая занимала бы сколь-нибудь значительное место на рынке лазерных продуктов и технологий. Электрические лампочки изобрели до Томаса Эдисона в России. По сути, Томас Эдисон вообще позаимствовал эту идею у Яблочкова, русского ученого. Но этот рынок захватили американские компании… Попов, русский ученый, передавал информацию по радиоволнам до Маркони. Но сегодня у России нет сколько-нибудь заметных успехов на международном рынке радиоэлектроники. Россия первой запустила искусственный спутник Земли, но сегодня у России менее 1% международного рынка телекоммуникаций. Россия руками Сергея Лебедева создала первый в Европе электронный цифровой компьютер. Но кто покупает российские компьютеры сегодня? И еще один пример, он вообще мало известен. Нефтяная индустрия в последние годы пережила революцию технологий гидроразрыва пласта. Практически никто не помнит, что этот процесс изобрели русские. Я вам могу показать научные статьи начала 50-х годов, где они абсолютно, на сто процентов, нарисовали процесс гидроразрыва нефтяного пласта».

Примечание автора: стоит отметить, что именно технология гидроразрыва позволила США совершить прорыв в добыче сланцевой нефти, которая стала еще одним экономическим рычагом в противостоянии Запада с Россией.

«Ответ кроется в том, что России не удавалось выстроить общество, где блестящие достижения граждан могли бы находить выход в экономическом развитии. Но что это за элементы культуры, которые позволяют идеям разрабатываться и выливаться в коммерчески успешные предприятия? Это демократическая форма правления. И это свободный рынок, где инвесторам нужны новые технологии. Защита интеллектуальной собственности, контроль над коррупцией и преступностью, правовая система, где обвиняемый имеет шанс оправдать себя и доказать свою невиновность. Эта культура позволяет критические высказывания, допускает независимость. В настоящий момент руководители России пытаются провести модернизацию. К сожалению, в русле своих предшественников, царей и советских руководителей, они пытаются отделить технологии от социополитических систем. Они говорят, что поддерживают Сколково, этот амбициозный и дорогой клон Силиконовой долины рядом с Москвой. В то же время, должен сказать это, простите, они запрещают демонстрации, подавляют политических оппонентов и предпринимателей, у которых скопилось достаточно власти, чтобы бросить им вызов. Они перекосили правовую систему в своих целях, они подписывают законы, которые обвиняют русских, которые сотрудничают в научных разработках с другими, они поддерживают авторитарные режимы. Такого рода политика не может привести к развитию общества, где процветают рисковые предприниматели и инноваторы. Такая политика может привести только к возникновению общества, где люди втягивают голову в плечи, опасаясь быть наказанными. Модернизация, к сожалению, означает для них получение новых технологий при отказе от экономических и прочих принципов, которые эти технологии продвигают и доводят до успеха в других местах. Им нужно молоко без коровы. И до тех пор, пока остается эта политика, научный гений русских людей, которых я так уважаю, останется экономически нереализованным».

Перечитав Грэма, можно вновь прийти к выводу, что нам в Дагестане изобретать велосипед вовсе не нужно. Все гениальное изобретено до нас, в том числе и все возможные способы доения коровы. Главное, чтобы эта «корова» была. Какой смысл внедрять какие-либо новшества, если большинство республиканских министров были вновь переназначены на занимаемые должности на основе прежних клановых принципов? Если ведущие ведомства республики возглавляют зятья олигархов и жены высокопоставленных судей, то какой смысл говорить про инновации? Что вообще может сделать для республики в таких условиях тот же приглашенный из Москвы вице-премьер Гаджимагомед Гусейнов, кроме как может быть внешне «причесать» текст республиканского бюджета? Однако простые инициативы в республике вполне осуществимы, в том числе и без политической воли руководства страны. Достаточно, чтобы их реализации искренне возжелал сам Владимир Васильев.

К примеру, вспоминая опыт проведения двух кадровых конкурсов «Мой Дагестан», можно предположить, что управленческий потенциал в республике уже относительно дорос до уровня проведения мало-мальски вменяемого конкурса для предпринимателей под названием, к примеру, «Деловой Дагестан». И здесь важно понимать лишь разницу от давно набившего оскомину “конкурса” на соискание грантов, распределяемых на поддержку малого предпринимательства. Вот именно этот традиционный конкурс бесстыдного «распила» должен стать примером того, как не надо проводить подобные конкурсы. Запустив в наступающем 2019-м году достойный конкурс для предпринимателей, где на понятных и прозрачных условиях будут распределяться гранты на запуск в республике перспективного бизнеса, широко освещая ход его проведения в СМИ, и пропагандируя участие в нем, можно добиться сразу нескольких целей. Во-первых, это будет прекрасный пиар для руководства республики. Во-вторых, инициативные и талантливые дагестанцы реально ощутят поддержку от государства. В-третьих, такой конкурс может стать пилотной площадкой для последующего создания нормального полноценного бизнес-инкубатора. Разработать правила проведения такого конкурса несложно. Тот же блогер Рабаданов наверняка с удовольствием включится в эту работу. Главное, чтобы победителей такого конкурса было не больше трех, а сам размер полученных ими грантов был достаточен для создания бизнеса более крупного, чем ателье по подшиву мужских брюк. Запустив конкурс в виде телепроекта, можно расширить и аудиторию республиканского телевидения, которое давно нуждается в подобных реалити-шоу.

К сожалению, сегодня ситуация с грантами в республике не вызывает какого-либо вдохновения. И речь не только о грантах в сфере предпринимательства. Дважды подавая заявку на соискание гранта Главы республики в области СМИ с интересом наблюдаю как искомый мной грант ушел в этом году члену самой конкурсной комиссии по распределению грантов. И это не единичный случай. В журналистской среде уже успели детально выяснить кто из членов конкурсной комиссии лоббировал в этом году выделение грантов Главы республики своим близким родственникам или прямо связанным с ними общественным организациям. Поименный список таких «особо талантливых членов конкурсной комиссии» я мог бы перечислить прямо здесь в публикации, однако дело не в персоналиях. Дело в самой системе кулуарного распределения этих грантов на основе не публичного конкурса, который из года в год проводится отобранными по непонятным критериям неизвестно кем отобранными членами конкурсной комиссии на основе никому непостижимых критериев оценки. В случае с конкурсом «Мой Дагестан» мне хоть открыто пояснили, что я не прошел в финал потому что у меня дескать скорость мышления оказалась ниже необходимой. В случае с грантами Главы республики пояснение такого рода всегда звучит лишь кулуарно и всегда только одно – «толкача» мощного не нашлось. Но, если даже журналисты в поиске грантовой поддержки от государства уже давно не рассчитывают на объективность и справедливость конкурсной комиссии, то чего ждет от общества Осман Хасбулатов, призывающий дагестанцев поделиться с ним своими идеями? Как сказал Грэм, молока без коровы не бывает.

ПОДЕЛИТЬСЯ