Пропаганда Путина и человек-невидимка

0
676

Путин меня в обиду не даст

Действительно, когда иногда приходится смотреть телевизор, ощущаешь  ностальгию по  детству и молодости  от узнаваемости признаков тех лет по тому, что слышишь от журналистов и экспертов  в различных политических шоу-программах. Они  с удивительным рвением  осваивают  былую  пропагандистскую лексику и  тональность,  особенно  ярко удается это им воспроизвести при разговоре о   заокеанских поджигателях войны,  загнивающем  Западе  с его кризисом демократических ценностей. Даже невольно возникают предположения   о возможном возрождении  системы  политшкол и  специальном обучении  там   всех  этих участников телеполитшоу.

У нас  в республике ладно, этим в основном  занимаются еще оставшиеся на телевидении  «диназавры»  эры коммунизма, а в центре ведь, действительно,  на  телеарену  выходят все новые и порой довольно  яркие политшоумены. И, надо признать, прежние агитаторы-пропагандисты сильно бы позавидовали  накалу  дискуссий на этих  нынешних   шоуобразных передачах, а также  очень бы удивились   уровню  агрессии их участников.

Журналист  Иван Давыдов    (интернет-издание «Сноб»,   30.09.2014)                              утверждает, что в отличие от  прежней пропагандисткой машины, у которой, помимо всего прочего,  была сверхзадача воспитания нового человека,  нынешняя  нацелена  исключительно на решение тактически задач. И, надо полагать, что  эти задачи  сугубо подчинены одной общей – сохранению власти. А зная нынешнее положение дел, представьте, насколько  с тех пор власть продвинулась в решении этой задачи.

Если же теперь  в связи с прозвучавшим  сравнением   вести речь о довольно долгой части  советского   периода, которую  условно называем застойной, то полагаю, что такое  жесткое  целевое противопоставление  будет несовсем верным.

Идейная заряженность  более-менее сановных представителей власти и их «интеллигентского»  окружения в застойные годы носила формальный характер и больше сосредотачивалась в партийных документах. Поэтому для них тоже сохранение власти стояло на первом месте, а  воспитание нового человека по инерции подразумевалась.

Если чем и отличаются прежние и нынешние   пропагандистские машины, то это стимулами  для  исполнителей. Ныне их  якобы патриотическое рвение подогревается сугубо  баблом, прежде эта накачка производилась преимущественно не денежными средствами, в обществе тогда властью  всячески поддерживалось ценностное восприятие морального характера  поощрений.

И, конечно,  разница наблюдается и в продукте этих пропагандистских волн. В застойные годы у людей тоже    проявлялось стремление  во многом  жить двойными стандартами, но   все же тогда  еще встречалось  немало людей, стремящихся тянуться  в своем поведении  к моральному облику строителя коммунизма. Ныне же,   конечно,  во взаимоотношениях людей, в конечном счете,  проявляется то, что власть, как отмечает журналист  Иван Давыдов,  никакого человека вырастить не стремится.

Это видно не только по отсутствию каких-то ярко выраженных и продвигаемых программных идей государства, но и по тому, как все эти постсоветские годы  застряла в сырьевом капкане  экономика, ломается образование,   монетизируется  социальная политика. И особо надо подчеркнуть, что это  заметное  выпадение  из поля зрения  власти конкретного  человека  наиболее отчетливо, как в зеркале, отражается в  отсутствии  в обществе  реально работающих  властных и прочих институтов, которые и способны  своим взаимодействием и взаимоконтролем поддерживать конкурентную среду  и благоприятствовать развитию горизонтальных связей  гражданского общества

Более того, нынешняя активная пропаганда  политики поиска внешнего врага и насаждение всеми имеющимися  способами и средствами  великодержавного патриотизма    в век интернета рождает  у  российских граждан, в лучшем случае,  растерянность.   Затем постепенно  вынуждает  их жить,  преимущественно руководствуясь двойной моралью, что в конечном итоге подводить человека  к  цинизму  в отношениях  и  апатии к тому, что происходит вне его дома.

И, на самом деле, при непрестанном  и вездесущем  насаждении вертикалью  власти своих   верноподданнических    ценностей, при такой же   всеохватной  пропаганде призывов   бить своих псевдопатриотов, чтоб  враги от нас шарахались, создаются условия тому, чтобы российский человек, которого Иван Давыдов называет «путинским», «самозарождался,  как сорняк, как побочный продукт деятельности околовластных пропагандистов». При этом, правда,   не вижу особого смысла, как это делает наш журналист,    в произвольном  плане   отделять этого «путинского» человека, как идеального зрителя  политических  телешоу, от него же самого, когда он  эти передачи не смотрит.

Мне в свое время преподали  такой ориентир, что оценивать человека надо по тому, что и как он понимает. А вот реальность, правдивость принадлежности этому человеку какого-либо понимания скажет то, насколько он живет по этому пониманию. Исходя из этого,  мне скажет «путинский»  он человек или иной закваски то, как он ведет себя в этой жизни.  Если при просмотре политшоу  у него одни эмоции, мысли, затем он понимает, что те пропагандисты несовсем правы, но все же продолжает жить,   как «путинский»  человек,  то он и есть именно  тот человек, которого  Иван Давыдов называет  «путинским».

Журналист, кстати,  поясняет, что он имеет в виду. Он якобы пытается описать «не россиянина, а именно «путинского»   человека, каковой к россиянину относится примерно так же, как имаго (взрослая особь – прим. авт.)  – к куколке (яйцо – личинка – куколка – имаго –прим. авт.)».

Если отойти от этой абстракции и насекомоподобных  аналогий, то  телевизор, по наблюдениям Ивана Давыдова,   всячески пытается увести  своего зрителя от  российской действительности и  больше сосредоточить его внимание на заморских врагов Путина. Задача – внушить зрителю, что «в России все складывается наилучшим образом и без его вмешательства». Если и есть проблемы, они там,  откуда раздаются всяческие угрозы. А также  этого  называемого  «путинским» человека  телевизор  старается держать вне конкретного времени, перемещая его из одной эпохи в другую и делая при этом особые акценты на наших внешних врагах и на обидах, которые они нам наносили и наносят.

То есть, это еще раз подтверждает, что власть не только  реально не видит человека, она, к тому же, старается, чтобы и он сам  не осознавал где и как он живет, а также когда живет.  Он, выходит,  как отмечает Иван Давыдов, живет нигде (или где-то  там в ассоциациях  власти – прим. авт.) и живет  во времени, когда нам врагами наносились обиды, и, к тому же, переживает их, как личные.

И внимание,  весь расчет власти в том, чтобы  подвести обывателя к тому, что  есть обиды, исходящие извне, а  там, где есть подобные обиды,  непременно  можно указать на прячущегося ненавистного заморского  врага.

И вот,   пребывая   в таком зыбком, эфемерном, вымышленном  пространстве   и  во временном хаосе,  сигнал о  враге  наполняет «путинского» человека смыслом. Остается назвать врагов и  путинский человек ненавидит  Запад, США, Мамая,  Обаму, Бен Ладена, Гитлера и прочих супостатов.  И  только  при такой  массовой внешней  агрессии, при осознании  такой возможности противостоять  всему этому  он, путинский раболепствующий  человек,  как это было  и с нами  в советскую эпоху,   обретает комфорт и самодостаточность.  Он  доволен и даже ловит легкий кайф от того, что в мире такой хаос, но Путин его в обиду не даст.

Кстати, на внутренних врагах, как отмечает тот же Иван Давыдов,  не делается особого акцента именно потому, что тогда начнут проясняться место, время и сложнее будет дезориентировать путинского человека.

Именно по этой же причине  борьба с  внешними врагами тоже не дело путинского человека. Как раз с этим успешно  разберется власть в лице отца всех этих человеков. И важно, что этому верят без всяких там анализов.  И самое важное – для «путинского» человека идеальна ситуация, когда власть всем довольна, в том числе и им. Вспомните брежневское  время – один к одному.

Далее  Иван  Давыдов утверждает, что   «путинский человек, живущий нигде и всегда, существует, только пока включен телевизор». Затем  в иное время, по его мнению,  он  пока еще   способен  превращаться в обычного россиянина.

Вот с этим,  судя по результатам  множества  судьбоносных  выборов, можно категорически не согласиться.  Пропаганда вместе с административным ресурсом, к сожалению, пока успешно реализуют свою задачу и добываются массовой маргинализации населения, их бессознательного участия в выборах и практически  такого  же бессознательного пребывания до следующих выборов.

Люди согласны жить, как в театре

Разумеется, могут возникнуть  вопросы об адресате подобных разговоров и того, что же надо делать, чтоб изменить ситуацию. Ведь, на самом деле, тот же «путинский»  человек, прочтя подобные тексты, не просветлеет и не перестанет смотреть пропагандистские  политшоу.  И вообще что толку от подобных наблюдений, которые, по сути, напоминают о том, что раньше власть растила зомби, ныне выращивает овощи.

И вообще, кстати, много всяких наблюдений, обобщений на эту тему. Бывший секретарь Союза журналистов РФ Игорь Яковенко выделяет  особенности даже не пропаганды, а, как он обозначает,  медиафрении от Путина.

Яковенко тоже считает, что агитационный поток от Путина отличается тем, что он не делает акцент на, какой бы то ни было, системе  ценностей, нет базисных текстов, в которых  отражались бы какие-то  основополагающие взгляды.

Практически совпадает с наблюдениями  Давыдова мнение  Яковенко о задаче пропаганды, медиафрении от Путина хаотизировать сознание с тем, надо полагать, чтобы затем управлять этим сознание или бессознанием.

Если у Сталина ложь была подчинена аппарату насилия, то у Путина, по его мнению, фундаментом является ложь, а насилие используется дозированно. При этом, чтобы держать общество под контролем,   достаточны минимальные дозы точечного насилия, так как  ложь, по мнению другого экспертного интернетпользователя (Русский вопрос, Игорь Прохожий),  представлена в самых изощренных формах и  распространяется мощным  неудержимым потоком.

А еще поле пропаганды при Путине, как отмечает Яковенко,  отличается отсутствием рынка, гигантскими госвливаниями в медиаресурсы, которые почти целиком и принадлежат власти  или аффилированы с ней. То есть,   усилия  направлены  на всемерную узурпацию  почти всех  информационных каналов. И это, естественно, не оставляет обществу никакой альтернативы.  В итоге оттого, что заранее предписано, как воспринимать происходящие события, народ, глотая  эту подаваемую  готовую информацию,  так, на самом деле,   по заготовленному шаблону и реагирует на нее.

Вот так согласно  созданной властью выгодной для себя  иллюзорной картине  и живет общество. Оно (общество), телезрители и радиослушатели, как в театре,  принимают правила игры, понимают, когда и как нужно реагировать. И потому они  на такой  кое – как сконструированный образ  смотрят как на  реальное положение дел и, выходит, соглашаются жить в этой иллюзорной системе координат.  И в этом согласии жить,  как в театре, видимо, и заключается основная беда большинства наших соотечественников.

Кстати, особо специфическую   в этом плане атмосферу иллюзорного благополучия небезуспешно  конструировал  несколько лет в республике Абдулатипов своим ораторским социально-освободительным многословием. Правда, уровень подачи не позволил ему нести  долго карьерные лавры своего  почти божественного для него лидера.

А в целом  же по стране в  итоге   достигнутой монополии  власти на информацию  получаем, что по данным  Левада-центра 50% россиян одобряют готовность Путина использовать ядерное оружие во время крымской операции, и лишь 27% не одобряют ядерное самоубийство?  Уж не будем особо удивляться тому, что  удалось всего за один 2014 год почти вдвое увеличить негативное отношение к США, с 44% до 81%? А  столь же резкое изменение  на прямо противоположное отношения  к Сталину уже может совсем не удивлять.   Вот такие результаты у нынешней пропаганды.

Показательно, что доцент кафедры государственного управления Института общественных наук РАНХиГС при Президенте РФ Екатерина Шульман в своей  публичной лекции отметила тщетность власти в век интернета вернуться в то время, когда был только один, государственный мегафон. Ей нынешние попытки контролировать медиапространство напоминают бесконечную погоню с молотком за огромным количеством мух.

Так-то оно так, по большому счету, судя по темпам развития интернеттехнологий.  Но пока власть на коне,  всячески вооружена до  зубов,  том числе  и многочисленными  технологиями, и совсем нет у нее необходимости, что называется, бегать с молотком за мухами. Власть ныне успешно добывается, к примеру, того, чтобы, как сокрушается тот же Яковенко,   «нормальный человек, который учился в школе, в ВУЗе  поверил  тому, что в соседней стране, где почти все говорят на одном с ним языке, десятки миллионов людей вдруг стали фашистами, а за русский язык убивают?».

При этом Яковенко еще  считает, что одно  монопольное положение в информационном пространстве само  по себе  не может  позволить  телепропагандистам  иметь  эффективность, по некоторым параметрам   дающую фору даже  пропаганде времен Гитлера и Сталина.

Объемно обвальное пропагандистское нашествие

 То, в чем еще сильна пропаганда Путина поясняет, в свою очередь,    тот экспертный интернетпользователь с  похожей на ник  фамилией  Прохожий.   Прежде всего, он отмечает использование войн, как пиар-акций. И на самом деле, судя по их необходимости,  каждая военная операция больше позволяла своим целенаправленным информационным сопровождением возбуждать ненависть населения  к выбранным властью врагам и  отвлекать его  внимание  от  недовольства  своими  реальными  проблемами.

Другой момент, что в  студиях российского телевидения невозможно представить себе настоящих ученых, экспертов, имеющих высокий авторитет и признание в своей среде. В свое время, кстати, было обнаружено, что,  чем больший вес писатель имел не столько у широкой публики, а в своей писательской среде,   тем меньше он оказывался склонен к сотрудничеству с гитлеровцами.

В том  отмеченном  нами, как слабость, отсутствии  конкретных идейных устремлений Игорь Прохожий видит  и составляющие, которые усиливаю позиции  пропаганды Путина.  К примеру, в печати приводятся некоторые  пропагандистские  ассоциации с идеологией «Русский мир», под знамена которой в виду  тоже  отсутствия определенности, какого – то фиксированного набора ценностей, можно подвести  широкий круг очень разных  по духу людей.

В том, что  опросы общественного мнения дают сквозную цифру поддержки основных тезисов путинской пропаганды – 84 – 86%,  по мнению эксперта, присутствует и  «некоторый неизвестный компонент «спирали молчания», которая закручивается с помощью специальных технологий травли «несогласных».  Их  третируют и с помощью массированных кампаний травли  в федеральных СМИ, а также их  достают и в интернете  с помощью десятков тысяч оплаченных «троллей».   Задача – создать некомфортные, а то и невыносимые  условия желающим высказаться оппозиционно.

Рядом с этим, конечно, стоит и процесс вытеснения журналистики  из средств массовой информации,  в чем на сегодняшний день, по мнению эксперта  Прохожего,   достигнуты большие успехи вплоть до того, что можно даже считать этот процесс завершенным.

То есть, в целом пропаганда власти работает объемно,  и по вертикали, и по горизонтали, и вдоль, и поперек. Она и сознание затуманивает, доводя своих жертв до состояния легкого кайфа, и «под дых»  может дать, если кто не поддается трансу, брыкается или, черт его возьми,  пытается по – своему поймать этот  монопольно от «единороссов»  идущий кайф.   Напрашивается аналогия, когда пустили в дом  увеселительный  газ, плюс к этому на улице  идет  имитация расслабляющей  дымовой завесы и люди стоят с со специальными   водяными автоматами.  Кто и куда в таких условиях спрячется?    И в будни,  и особенно в предвыборный период.

И, конечно же, при этом  провисает  вопрос, каким образом и когда появится альтернатива с реальной  конкурентной средой  этому  обвальному нашествию   единороссово-путинского  пропагандистского   безумия?

Чтобы  не стать овощем

Ученый человек Екатерина Шульман по-своему  очень оптимистична. Она  уверенно говорит, что, если кто-то ждет возрождения Советского Союза или новой прекрасной монархии, которая всех приведет в рай, то я должна вас разочаровать: в России будет проходить постепенная демократизация, и альтернатив этому нет

Бывший лидер журналистов  Игорь Яковенко перспективы перемен  связывает с перерождением власти изнутри,  вследствие чего конкурентная среда позволит реформенному развитию страны.

Эксперт Игорь Прохожий считает, что ни силой, как в Германии, ни внедрением чужеродных элементов типа   плюрализма и гласности, как в СССР, нынешнюю мощь и прыть  пропаганды не одолеть.

«У такого рода задачи, – по его мнению,-  есть одно решение: мощный профессиональный русскоязычный телеканал, который будет вещать на территорию России из-за ее пределов».   Эксперт считает,  что   путинская  пропаганда  не выдержит даже одного месяца конкуренции с нормальной профессиональной журналистикой, поскольку обитатели студий российских телеканалов за почти полтора десятка лет монополии основательно деградировали».

Игорь Прохожий в качестве примера приводит  телеканал   Аль- Джазира.   И очень хочет  верить в то, что  российские граждане  не  меньше арабов способны воспринимать истину.

Не могу  далее  не процитировать очень знаковое обобщение этого экспертного интернет-пользователя:

«Нейтрализация путинской пропаганды – это, возможно, самая главная задача человечества на сегодня, поскольку, в силу своей внутренней конструкции, эта машина работает на раскручивание маховика войны, все больше и больше вовлекая в этот маховик общественное мнение россиян. Механизм торможения в этой машине отсутствует, что в условиях ядерной державы создает смертельную угрозу для человечества, возможно, самую большую за все время его существования».

Уже успевший стать «путинским»  человек при такой крамольной мысли, по крайней мере, вспомнит несколько  развязно и для политика  неадекватно ведущего себя Трампа и будет мысленно благодарить Ельцина, что он  дал   стране   уравновешенного и хладнокровного  Путина.

Позволю себе несколько снизить градус этого мрачного прогноза. По  мнению эксперта  по информационной безопасности  (ЦВПИ, группа “ИС”)  Вячеслава  Гусарова,    «для сегодняшней внутренней пропаганды Кремля характерны новые особенности восприятия, которые определяют ее эффективность».   То есть, если забегая вперед, пояснить, по мнению эксперта,    «возникли риски ослабления каналов влияния Кремля на «подконтрольную» аудиторию».

Это, прежде всего –  достижение российской аудиторией лимита восприятия пропаганды.  Как следствие состояния экономики.

Затем состояние   ощутимости  падения  доверия россиян к Путину.

На самом деле, люди все еще верят президенту России.   Правда, по мнению многих экспертов,  его  рейтинг  для многих  пока держится на иллюзиях и его прежних заслугах.

Вячеслав Гусаров обращает наше внимание на то, что, не смотря на выстроенную десятилетиями пропагандистскую конструкцию «путинизма», в России все чаще звучит критика. Сейчас, по его мнению,  «народный негатив» подается вкупе с «иллюзорными заслугами» Путина, что, в общем, нейтрализует критику и придает тезису больше положительную окраску.  Но здесь  необходимо отметить, что, по крайней мере,   еще  до и вовремя последних президентских выборов наличие критики Путина в его электорате не наблюдалось вообще. Думаю, мало кто станет с этим спорить. Поэтому, куда ни крути, наблюдаем  примерно такого же уровня продвижение в критике  Путина,  какую видим  в темпах осуществления им  политических реформ.  Мало, медленно, но это тоже  хоть что-то.

А еще  Гусаров   указывает на то, что пошатнулся и ореол  безоговорочной  безальтернативности Путина. По официальным данным, 53% россиян хотели, чтобы он оставался президентом.

Показательно еще то, что  риторика о революции в России плотно вошла в гражданский обиход.  Примечательно также  мнение  российского  политолога  и профессора  МГИМО В. Соловей, что  «Россия входит в социо-политический кризис, где революция не исключена».   Это он связывает с тем, что  в больших российских городах, где есть доступ к различным информационным ресурсам, формируется мнение о недоверии к власти и желании ее заменить,  в чем и распознаются элементы революции.

Это к тому, что относительно мирная революция предпочтительней, чем любая война.

А вообще хочется напомнить слова  отсидевшего в советское время  за них много карцерных лет правозащитника  Вазифа Мейланова о том, что «все беды этой страны от отсутствия свободы слова».   Этот    бедственный  дефицит  мы никак не можем  хоть сколь-нибудь значительно  минимизировать,  и беды всякие  нас никак не отпускает.

Но на том же плакате, с которым Вазиф Мейланов вышел на околоправительственную площадь Махачкалы и получил за это серьезный тюремный срок, значатся и такие слова, что  «с идеями надо бороться идеями, а не милицией».    Или еще как-то, видимо,  имел в виду правозащитник.

Это к тому привел  слова  человека, являющегося, на мой взгляд,  для многих моральным  авторитетом, чтобы   обозначить грань  идейной борьбы.  Да, с идеями надо бороться  идеями и  в этом плане в нынешних условиях  на передний край выходит, к примеру,   потустороннее вещание мощной телерадиокомпании.  Но как быть с тем, что мешает бороться против идей идеями?  Мейланов вышел па площадь с протестом, хотя знал, наверняка, чем это ему обернется.

Содержание этого плаката (он есть в интернете, надо кликнуть  вместе с тем, кто его написал)  и поведение правозащитника наводят, хоть, может, и  на  очевидную, но очень важную  мысль:  с бедами надо бороться идейно, то есть осознанно и, если надо, жертвенно. Другого пути нет. Остальное – от лукавого, или от «путинского» человека, который считает, что он очень даже хорошо живет, потому что не знает, насколько  это со стороны выглядит убого.

И не знает потому, что живет не осознанно, а по инерции. Пропаганда, которой он объят и, по сути,  придавлен с утра и до сна, не содержит идей, этого там не предусмотрено.  Там, помимо зрелищ и обещаний хорошей жизни,  в лучшем случае,   информация об общих недругах,   призывы быть настоящим, воинствующим патриотом, настоятельные  рекомендации  по тем, кого необходимо сторониться,  и почти все остальное в таком же духе. Это все настолько далеко от самостоятельной и осознанной жизни, что у людей  в этом огромном  поле   пропагандистского потребительского набора информации  на катастрофическом уровне    минимизирован  выбор пониманий чего-либо.  То есть, куда ни крути, выходит, серьезно затормаживается мыслительный процесс.  Это и есть задача пропаганды – создать  самые благоприятные условия, чтобы человека не стало, чтоб он не мешал жить  чиновничьему сообществу так, как они считают нужным.

Вопрос лишь в том, соглашаться с этой участью или меньше смотреть политшоу, меньше надеяться  на помощь от барина, а стараться самому во всем  принимать решения при благоустройстве своей жизни. Тогда, наверняка,  захиревший  уровень мыслительного процесса  качнется в сторону  восстановления.   Овощное состояние  начнет выправляться и снова зашагает по земле сначала человек, а потом  глядишь –  он и гражданином  мелькнет  на горизонте.

Шарапудин  Магомедов

ПОДЕЛИТЬСЯ