Статистические и иные гримасы дотационного туризма

0
454

Туризм как зеркало дагестанской самодеятельности

Новости из Дагестана в преддверии очередного курортного сезона хорошо позволяют судить о том, каких результатов республика добилась в реализации неоднократно продекларированных планов по развитию туризма. Нельзя сказать, что никакого движения вперёд нет совсем, но в целом картина текущего состояния дагестанского туризма свидетельствует о том, что эта сфера является не полноценной отраслью экономики региона, а скорее полем разнообразной самодеятельности во всех смыслах этого слова.

Ещё в конце апреля специалисты дагестанского управления Роспотребнадзора установили, что ни одна из пляжных зон Махачкалы и Каспийска не подготовлена к летнему купальному сезону. «Ежегодно Роспотребнадзором проводится санитарно-гигиеническое обследование пляжей с отбором проб для лабораторных исследований. Результаты показывают, что нормы превышены в десятки раз. Причины – отсутствие зон санитарной охраны территорий, а также продолжающийся сброс канализационных и поверхностных стоков», – сообщила замруководителя управления Лариса Пантина.

По большому счёту, Роспотребнадзор открыл секрет Полишинеля: о том, в каком состоянии в Дагестане находятся пляжи, прекрасно знают не только в республике, но и за её пределами благодаря серии репортажей фотоблогера Ильи Варламова. Но проблема тут даже не в том, что на пляжах грязно – мусор, в конечном итоге, можно убрать, а в том, что никто не несёт за это реальную ответственность. В прошлом году за выявленные нарушения Роспотребнадзор Дагестана вынес 18 постановлений на внушительную сумму около 600 тысяч рублей – несколько раз как следует посидеть в ресторане для уважаемого человека.

Как пообещали в управлении Роспотребнадзора, информация о том, какие пляжи будут открыты для купания, будет появляться на официальном сайте ведомства. Но даже если она там не появится, нет никаких сомнений в том, что желающие посещать пляжи всё равно найдутся – опять же, в соответствии с ежегодной практикой, и пресекать эту самодеятельность, разумеется, никто, как обычно, не будет.

В том же духе оказалось и прозвучавшее после майских праздников заявление дагестанского управления МЧС о том, что ни один из 39 стационарных детских оздоровительных лагерей Дагестана из-за нарушений противопожарной безопасности не готов к участию в оздоровительной кампании. Во-первых, по факту эта кампания уже началась – за несколько дней до сообщения МЧС Минобрнауки Дагестана отчиталось, что санаторий «Терменлик» в Буйнакском районе уже принял первую смену «трудных» подростков. А во-вторых, на детскую оздоровительную кампанию в бюджете Дагестана заложено 170 млн рублей, которые непременно необходимо освоить. Так что вопрос с пожарными явно будет решён, хоть бы и самодеятельными способами, и остаётся только надеяться, что предстоящим летом ни один из дагестанских детских лагерей не станет столь же нарицательным названием, как карельское Сямозеро.

Но есть и хорошие новости. Судя по ряду признаков, интерес к туристическим достопримечательностям Дагестана за последние пару лет серьёзно вырос, причём как за пределами республики, так и у её жителей. Официально звучащие цифры, согласно которым количество «обслуженных и оздоровлённых» туристов в 2016 году составило около 513 тысяч человек, превысив показатели 2015 года на 20%, не вызывают особого доверия до тех пор, пока не будет представлена методология подсчёта, но чисто эмпирические наблюдения позволяют утверждать, что туризм в Дагестане действительно не стоит на месте. В Махачкале, например, всё большую популярность набирают экскурсии выходного дня в горные сёла, которые организуют бывший глава селения Кубачи Расул Куртаев и его коллеги. Известный журналист Владимир Севриновский, давно работающий с туристами, желающими посетить Дагестан, говорит, что активный сезон посещения республики вовсю идёт ещё с конца марта, и гости приезжают отовсюду, даже из Бразилии. По словам Севриновского, многие соотечественники сегодня начинают понимать, что Дагестан – это не ад, кишащий террористами, а место, где можно хорошо отдохнуть, при этом умеренный поток обеспеченных туристов может быть вполне достаточным для оживления экономики многих горных сёл, куда они прежде всего и стремятся.

Но всё это, по большому счёту, начинания, которые держатся на активности энтузиастов и являются примерами всё той же самодеятельности (только уже в хорошем смысле этого слова), которые подтверждают старую истину: туризм можно развивать везде и вопреки любым препятствиям. Другое дело – какое место в результате туризм займёт в экономике региона.

Не так давно президент России Владимир Путин поставил задачу довести уровень туризма в российском ВВП до 10% – как в тех странах, где туризм является важнейшей статьёй национального дохода. Чиновники взяли под козырёк, и вот уже в марте на московской выставке «Интурмаркет» министр культуры Владимир Мединский заявил, что в прошлом году туризм обеспечил 3,6% ВВП РФ – правда, при этом он упомянул, что была изменена методология подсчёта, так что здесь сработал хорошо известный принцип: главное – правильно посчитать.

Если же оценивать вклад туризма в экономику Дагестана, то здесь, похоже, приходится говорить о десятых, если не о сотых долях процента – причём, и это самое главное, без серьёзных предпосылок для изменения этой ситуации. Хотя, на первый взгляд, прогресс достаточно серьёзный: по данным дагестанского Минтуризма, с 2010 по 2016 годы были введены в строй 69 гостиниц, домов отдыха и туристско-развлекательных центров более чем на 2,8 тысячи койко-мест.

Однако для того чтобы судить о переходе количества в качество, надо ответить как минимум на два вопроса: во-первых, сколько налогов заплатили эти гостиницы, а во-вторых, сколько из них были открыты внешними инвесторами. Дело в том, что туризм – это такая отрасль, которая не терпит пребывания «в собственном соку». Массовый приток туристов происходит там, где созданы стандарты обслуживания, которые никак не могут быть результатом пресловутой самодеятельности. Поэтому о каком-то качественном изменении можно будет судить лишь в том случае, если в Дагестан рискнёт прийти какая-либо российская гостиничная сеть – это и будет означать, что руководству республики удалось убедить инорегиональных инвесторов в перспективности её туристического потенциала. В противном же случае можно открыть ещё сотню гостиниц, и качество сервиса в них будет такое же, как сейчас.

Впрочем, в этом нет ничего неожиданного, поскольку планы развивать туризм с «индустриальным» размахом в Дагестане были, по большому счёту, свёрнуты ещё четыре года назад. Вскоре после назначения врио главы Дагестана Рамазан Абдулатипов тогда произнёс примечательную фразу: «На Кавказе речь может идти только об этнографическом туризме. Просто так приехать – выпить, отдохнуть с девочками – это у нас не очень получится». Примечательно, что, в отличие от многих других ярких высказываний Абдулатипова, эта фраза не повисла в воздухе и регулярно находит подтверждение в действительности. По большому счёту, при нынешнем состоянии инфраструктуры массового туризма ниша Дагестана на этом рынке – это именно этнографическая экзотика. Однако потенциальная аудитория этого сегмента в России настолько невелика, что ничего иного, кроме самодеятельности, ожидать здесь явно не приходится.

Между тем появление внешнего игрока в лице одной из российских гостиничных сетей могло бы стать хорошим «якорем» для следующего шага развития даже в этой достаточно узкой нише. Из практики мирового туризма хорошо известно, что появление в новом месте известного оператора влечёт за собой приток новых туристов. Но в этой работе основная задача ложится на плечи руководства Дагестана, которое должно вести планомерную работу с отельными сетями, формируя для них предложения (в том числе по налоговым льготам) и гарантируя безопасную среду для их работы. Приход в Дагестан хотя бы одного известного игрока российского рынка путешествий и был бы той самой «историей успеха», которых хронически не хватает Дагестану, причём не только в сфере туризма. ]§[   Николай Проценко