Неактуальная архитектура

0
532

Конфликт вокруг постройки в парке Ленинского комсомола музея «Россия – моя история» по своей природе не слишком типичен для Махачкалы. В столице Дагестана до сих пор не было массовых градозащитных движений, для которых необходимы, во-первых, историческая городская среда, а во-вторых, достаточное число горожан в нескольких поколениях.

С точки зрения развития гражданского общества кампанию по защите парка, наверное, стоит признать примечательным явлением, но весь ход развития этого сюжета лишний раз говорит о том, что власти в Дагестане никак не могут обойтись без конфликтов, причём на ровном месте. Всё их поведение в этой истории вызывает ощущение, будто на земле парка Ленинского комсомола свет клином сошёлся, и в Махачкале решительно нет больше территории, где можно было бы возвести музей. Объяснение чиновников, что это единственное место, которое устроило федеральный центр, звучит, мягко говоря, неубедительно, как будто московские заказчики сами живут в Махачкале и знают, где в ней можно или нельзя строить. Но общественности в качестве окончательного вердикта предъявили именно этот аргумент.

Если дагестанские власти не хотят слушать граждан, то в таком случае им стоит ознакомиться с практикой их коллег из соседнего Азербайджана, к которому нынешнее руководство республики, так сказать, неровно дышит. В Баку самый знаковый объект современной архитектуры – Центр Гейдара Алиева – построен отнюдь не в центре города и не на месте парка. Его возвели в одном из новых районов по дороге в аэропорт, поэтому каждый гость, прибывающий в Баку самолётом, обязательно видит это грандиозное сооружение знаменитого архитектора Захи Хадид. Логика здесь вполне очевидная: в центре и так есть что посмотреть и куда пойти, а на окраинах необходимо создавать новые точки городской активности. Кстати, такую же концепцию в своё время предполагалось реализовать в Санкт-Петербурге со второй сценой Мариинского театра. То здание, напоминающее скорее большой торговый центр, которое в итоге появилось, более чем уместно смотрелось бы посреди района с многоэтажками, но никак не в историческом центре.

Утверждается, что музей «Россия – моя история» станет чуть ли не первым в Дагестане произведением современной архитектуры, но сомнения в этом есть изначально. В том случае, когда планируется создание знакового объекта, объявляется конкурс на его проектирование или хотя бы выбирается архитектурная «звезда», которую показывают публике. Ничего этого в случае с музеем в парке Ленинского комсомола нет даже близко. Судя по всему, проект, показанный горожанам, является типовым, анонсировать имя архитектора в таком случае совершенно необязательно. Пригласить «звезду» стоит дорого, а нарисовать типовой проект сможет и старшекурсник строительного вуза.

Не слишком убеждают и заверения начальства, что вместо вырубленных под строительство музея деревьев будет высажено в десять раз больше. Логично напрашивается вопрос: на какой территории это будет сделано? А главное – как скоро эти деревья полноценно заменят те, которые решено принести в жертву строительству? В прошлом году глава администрации Махачкалы Муса Мусаев заявил, что в городе было посажено шесть тысяч деревьев, но это, разумеется, не значит, что Махачкала в одночасье превратилась в город-сад. В той катастрофической ситуации с озеленением, которая складывалась годами, даже 60 вырубленных деревьев – это большая потеря.

Более того, закладка новых парков и скверов – это лишь частичное решение проблемы, поскольку помимо этого требуется ещё восстановить зелёные зоны по обочинам ряда улиц, варварски уничтоженные ради передачи земли под многоэтажные торговые комплексы и заправки. Самый вопиющий пример – проспект Акушинского, превратившийся в каменные джунгли. Однако вряд ли стоит рассчитывать, что администрация Махачкалы воспользуется правом административного сноса, как это было в Москве с палатками у метро, и ликвидирует весь этот ужас. Многоэтажные гиперларьки вместо зелёных зон – это и есть актуальная архитектура по-махачкалински, которая, похоже, будет оставаться неприкосновенной при любом градоначальнике. На этом фоне попытка осчастливить Махачкалу музеем с современной архитектурой изначально выглядит гротескно. Современная архитектура тут будет уместна только в одном случае: снести всё «под бульдозер» и построить на ровном месте тот самый «абсолютно другой город», который Муса Мусаев обещал преподнести жителям при вступлении в должность.

Слабым утешением для защитников парка Ленинского комсомола может быть то, что Махачкала не единственный город России, где строительство патриотического музея идёт такими же административными методами без оглядки на мнение местного сообщества. Ещё один подобный объект сейчас возводят в Волгограде, на территории Волго-Ахтубинской поймы, где власти города-героя многократно обещали сделать нечто «знаковое». Очень скоро эти намерения воплотятся в жизнь в виде типовой бетонной коробки.

В Дагестане же строительство музея имеет ещё одно отягчающее обстоятельство. В следующем году в республике ожидается очередная смена власти, а преемственность в реализации крупных проектов – это явно не то, чем Дагестан может похвастаться. Некой гарантией, что проект не забросят при новом руководстве, является то, что его инициаторы находятся в Москве, но это, как мы видим, никоим образом не стало страховкой от перегибов на местах. В контексте приближающегося завершения полномочий Рамазана Абдулатипова власть своими руками создала очередной конфликт, в котором буквально каждому махачкалинцу есть что сказать – все ведь имеют своё мнение о том, каким должен быть город. Так что для строительства патриотического музея выбрано не только неудачное место, но и неподходящее время, а поскольку решение о стройке принято окончательно, конфликт имеет все перспективы стать затяжным.

ИСТОЧНИКЧерновик
ПОДЕЛИТЬСЯ