Я, конечно, вернусь…

0
440

Мы – беглецы. Ежедневно бежим от самих себя. Я хотя бы раз в месяц стараюсь сбежать от рабочей текучки в команд«Исход! Двигайтесь, божьи люди», – пел Боб Марли в своей песне, отсылающей к библейскому исходу.

Пересекать посуху море в мои планы не входило, да и ноги я, увы, уже промочил. Четыре часа ожидания на автостанции в Махачкале под накрапывающим дождем отправления маршрутки в Южносухокумск меня поразили. Как оказалось, добраться общественным транспортом в Тарумовку, куда я держал путь, раньше обеда в наши дни сложно. А сама встреча с Тарумовкой началась для меня с прогулки по обочине федеральной трассы Астрахань-Баку, где меня высадили. Ни живописных пейзажей, ни чудес грандиозных строек, лишь придорожный лабаз с чехлами из овечьих шкур для автомобильных сидений.

«Все ясно – район животноводческий», – подумал я, садясь в служебную машину местной муниципальной газеты «Рассвет», которая заехала за мной. Шкурок на сидениях я, правда, не обнаружил, однако компания встретила меня не менее теплая.

Редактор газеты Леся Прокопенко – человек в районе известный, да и я в Махачкале слышал о ней не раз. Под стать руководителю оказался и коллектив, обустроивший для себя уют в стареньком здании редакции. «Эти никуда бежать не будут», – подумал я про себя, когда мы отправились осматривать первый объект предложенного мне маршрута.

В Тарумовке

Не знаю, можно ли назвать беглецом Василия Алымова, исполняющего обязанности генерального директора ООО «Оздоровительный центр «Здоровье». Во времена госслужбы уйдя от непонимания его руководством, он подался в бизнес. В деловой среде найти понимающих людей оказалось проще. Известный на Кизлярщине предприниматель Салман Сулейманов предложил Алымову построить и возглавить свое новое детище – оздоровительный центр в Тарумовке. Сегодня эта стройка уже почти завершена – на двух гектарах земли, где ранее в райцентре располагалась старая больница, появились живописные терема, в которых размещаются стационар дневного пребывания на 26 комфортабельных мест, столовая, хозяйственные постройки. Уже завезено медицинское оборудование, ведется подбор персонала.

– Сеть наших медицинских центров в республике, наверное, можно назвать примером наиболее передового опыта государственно-частного партнерства в сфере медицины. Пациенты нашего стационара смогут получать часть оплаченных ФОМСом стандартных физиопроцедур бесплатно, а за дополнительную плату могут попробовать и «экзотические». Такие, например, как фитотерапия в кедровой бочке или кислородный коктейль. Проект стал возможен благодаря пониманию со стороны нового руководителя района, и у нас в планах обеспечить всех местных жителей качественными медицинскими услугами, – с энтузиазмом подытожил предприниматель.

На чеках фермы

С не меньшим энтузиазмом встретил нас и Магомед Омаров – владелец КФХ «XXI век», когда мы подъехали к его базе по очистке риса. Уборка на арендованных предпринимателем 500 гектарах рисовых чеков завершилась лишь недавно, сказывается недостаток собственной техники, однако на показателях это не отразилось. Урожайность составила 5 тонн с гектара, что выше, чем в целом по району.

– Урожайность требует вложений. Провели капитальную планировку чеков, внесли удобрения, гербициды, есть и другие расходы. Ныне благодаря международным санкциям появился стабильный спрос, отдаем рис по 13 рублей за килограмм, в итоге рентабельность на уровне 50 процентов. Дали бы в аренду все пустующие в районе рисовые чеки, все бы на следующий год засеял, – обращается фермер к сопровождающему меня начальнику отдела сельского хозяйства райадминистрации Василию Сучкову.

– Сегодня в районе двести КФХ и четыре МУПа, – поясняет позже Сучков. – В основном хозяйства животноводческие, а растениеводство ориентировано на заготовку кормов для скота. Большие планы по разведению прудовой рыбы. За прошлый год наши хозяйства выловили в своих прудах 930 тонн рыбы, а вылов рыбы в море составил всего лишь 500 тонн. Цифры говорят за себя, однако со следующего года оросительная вода станет платной. Только Широкольскому рыбокомбинату, к примеру, придется заплатить за нее 16 миллионов рублей, и как в таких условиях будет развиваться эта отрасль, остается лишь гадать. Попытаемся птицеводческие хозяйства развивать.

Птицеводческое хозяйство в районе пока лишь одно. Благодаря республиканскому гранту в прошлом году в селе Калиновка заработало КФХ «Валентина». В обустроенном прямо в собственном дворе птичнике лишь за один цикл выращивают четыре тысячи бройлерных кур, которые всего за полтора месяца набирают три килограмма живого веса. За год удается провести 5-6 циклов, то есть вырастить более 20 тысяч кур.

– Могли бы и больше, но из-за отсутствия в районе инкубаторов закупать цыплят приходится в Хасавюртовском районе. Нет в районе и цеха по убою птицы. Скупающие кур предприниматели забивают ее как придется, – сетует муж владелицы предприятия, который, быстро переодевшись, внезапно предстает передо мной в неожиданном образе.

Первым птицеводом в районе оказался атаман Терского казачьего общества Тарумовского района Михаил Ващенко, который с женой Валентиной решил на личном примере показать, что казаки всегда умели не только лихо воевать, но и крепко трудиться.

– Нам бы еще субсидии на производство, хотя мы и так не жалуемся, – смеется казак, приглашая гостей за стол. А встречать гостей казаки всегда умели.

«Нет, и он не беглец», – думаю я про себя, вглядываясь в глаза атаману и не в силах найти какого-либо изъяна. Про таких людей говорят: его видно насквозь, и это вполне объяснимо. Хорошая семья, добротный дом, большое хозяйство, кабаны сами в огород забредают, хоть на охоту не ходи, рыбалка в здешних местах великолепная. Что еще надо? Да и куда казаку бежать с Терека?

Забойный в Кочубее

Попрощавшись, едем дальше. Отсутствие мясоперерабатывающих предприятий – проблема повсеместная, однако начинает постепенно решаться. Первой ласточкой на Тарумовщине должен стать забойный цех в Кочубее, строительство которого завершает владелец СПК «Апал» Магомед Абдуллаев. В раскинувшемся на шести гектарах предприятии предусмотрены своя откормочная база и кормоцех, убойный цех и холодильники глубокой заморозки, мощности которых позволяют в сутки перерабатывать четыре тонны мяса. Страусы-(с.Карабаглы).jpg

Правда, в Кочубее не столь оптимистичными оказались результаты республиканской программы по переселению из аварийного жилищного фонда. С 2011 года в Кочубее возведено 33 малоэтажных дома, новое жилье должна получить 141 семья, однако нерациональность прежнего руководства района в выборе площадки под застройку оставила будущих новоселов без коммуникаций, что и стопорит ввод домов в эксплуатацию. Помочь с их прокладкой обещала республиканская власть, а пока в домах завершаются ремонт и обустройство.

Ждут школьников новые классы

Завершения стройки с нетерпением ждут и в средней школе селения Таловка, пока ютящейся в старом дощатом здании.

Встретившая нас директор школы Анна Бобрусева рассказала о ходе строительства нового здания для ее школы, которая недавно заняла 75-е место в республиканском рейтинге школ. Сам новый корпус на 250 учащихся, который строят с 2007 года, уже высится над одряхлевшими постройками, однако на полное завершение требуется еще 80 миллионов рублей. После хождений районного руководства по высоким республиканским кабинетам на следующий год обещали выделить лишь тридцать.

«Даст бог, в 2017 году завершат. Этакая культурная революция сельского масштаба будет», – подумал я, прощаясь с педагогами.

Местные учителя в свое время сами учились в этих стенах и любят родную альма-матер по-настоящему, как родную мать. Даже советский опыт возродить решили – создали ученическую производственную бригаду, обрабатывают 6 гектаров земли, приучают детей к труду. А местные дети, как и атаман, от труда не бегают, да и сбегать пока никуда вообще не собираются. Ну разве что иной раз с урока.

Один баян в руках умелых

Последним селом, где удалось побывать, стал Коктюбей. В переводе с тюркского «голубой курган» означает.

Кургана в Коктюбее, как и тюрков, я не заметил, однако здание поселкового Дома культуры видно издалека. Причем культуры именно русской, ведь коктюбейцы почти все русские. Зайдя в ДК, застали хореографический кружок за репетицией нового танца. Успехи ребят из местного ансамбля «Дети солнца» недавно отметила глава района Марина Абрамкина, выделив средства на пошив новых сценических костюмов. Шьют их здесь же, своими силами.

В этом же здании расположились и сельская библиотека, и краеведческий музей. Проводя экскурсию по ним, директор Алла Семенова позвала нас в зал, где шла еще одна репетиция. Коктюбейский фольклорный коллектив «Рыбачки» только начинал распеваться. В кругу женщин наигрывал на баяне мужчина, очень похожий на Дмитрия Медведева, а сидящие чуть поодаль бабушки задавали тональность. Баянистом оказался художественный руководитель коллектива Николай Редькин, а голосистые бабушки – солистками из первого состава ансамбля.

Но по-настоящему оценить русские народные песни я смог лишь позже, оказавшись за большим столом и отведав знаменитых местных рыбных угощений. Село Коктюбей образовалось как рыбный промысел на реке Таловка, и до сих пор основным промыслом местных жителей остается рыболовство. Поэтому и поют здесь тоже «Рыбачки». Есть такой ансамбль.

В век современных музыкальных технологий вряд ли кого удивит акустическая система 5.1, а вот коктюбейская 14.1 меня потрясла. Четырнадцать голосов разной тональности и один баян в умелых руках способны околдовать. Хоровое пение со сцены воспринимается совершенно иначе, чем когда ты сидишь в кругу, потому, видимо, народные русские песни зовутся застольными. Плохо лишь то, что всякому застолью есть конец.

– А Рамазан Гаджимурадович у вас в селе был? – шагая к машине, спросил я, вспомнив о недавнем визите Главы республики в Тарумовский район.

– Так нет же, не приехал, – хором прыснули в ответ коктюбейские хохотуньи.

– Ну, значит он Тарумовщину толком и не видел, – рассмеялся я в ответ и замахал на прощание.

От себя, говорят, не убежишь, но сбежать на пару деньков в Коктюбей как-нибудь еще мечтаю. Как там у Марли? «Исход! Двигайтесь, божьи люди!»

ПОДЕЛИТЬСЯ